Каким образом во времена Константина приняли христианство
многие внутри Индии
Теперь надо упомянуть и о том, как во времена царя распространялось
христианство, ибо к этому времени относится начало христианской веры у внутренних
индийцев и иберийцев. Наперед скажу кратко, почему я прибавил слово «внутренних».
Когда Апостолы, по жребию, расходились к разным народам, Фома получил жребий
апостольства в Парфии, Матфей в Эфиопии, а Варфоломей в смежной с нею Индии.
Однако же до времени Константина учение христианства еще не просветило Индии
внутренней, заключающей в себе многие племена варваров, говорящих разными
языками. Теперь расскажу, какая была причина, что и они приняли христианскую
веру. Один философ Мероний, родом тирянин [70], отправлялся
обозревать страну индийцев и соревновал в этом философу Митродору, который
прежде его обозревал Индию. Взяв с собою двух мальчиков, своих родственников,
несколько знавших греческий язык, он переехал в эту страну на корабле и,
обозревая все, что хотел, прибыл для закупки съестных припасов в одно место,
имеющее безопасную пристань. Случилось, что около того времени мирные договоры
между римлянами и индийцами расторглись. Поэтому индийцы, взяв философа
и других сопутников его плавания, кроме двух родственных ему мальчиков,
всех их умертвили, а двух мальчиков, оставленных живыми, из жалости к их
возрасту, принесли в дар индийскому царю. Полюбовавшись видом отроков, царь
одного из них, по имени Эдессия, сделал виночерпием при своем столе, а другому,
называвшемуся Фрументием, приказал смотреть за царским архивом. Вскоре потом,
умирая, он завещал своему сыну, бывшему еще ребенком, и своей жене отпустить
их на волю. Но жена царя, у которой сын был так мал, стала просить их, чтобы
они пеклись о нем, пока он не вступит в совершенный возраст. Повинуясь царице,
юноши заботились о делах царя. Особенно же распоряжался всем Фрументий.
Он старался расспрашивать прибывавших в ту страну римских торговцев, не
найдет ли между ними кого из христиан. Нашедши же и открыв им, кто такой
сам он, убеждал их избирать отдельные места собрания для совершения христианских
молитв, а по прошествии некоторого времени построил и церковь. Тогда эти
христиане огласили и сделали участниками в своих молитвах несколько человек
из индийцев. Между тем, сын царя достиг совершеннолетия, и Фрументий, сдав
ему дела доброго управления, возвратился в свое отечество. Царь, вместе
с матерью, упрашивал его остаться, но не превозмог настойчивого желания
обоих юношей. Эдессий спешил в Тир увидеть родителей и родственников, а
Фрументий в Александрию. Здесь, пришедши к епископу Афанасию, который тогда
только что получил престол епископский, он донес ему о событии, о своем
отъезде и о том, что индийцы, как он надеется, приняли христианство, а потому
просил послать к ним епископа и клир, и отнюдь не презирать людей, могущих
получить спасение. Афанасий, взяв во внимание пользу, располагал самого
Фрументия к принятию епископства и говорил, что у него нет человека способнее
его. Так и сталось. Удостоенный епископства, Фрументий опять прибыл в страну
индийцев, сделался проповедником христианства и соорудил там много молитвенных
домов. При помощи Божией благодати, он творил немало знамений и, вместе
с душою, часто исцелял тела людей. Руфин говорит, что это слышал он в Тире
от Эдессия, который впоследствии удостоился также священства.
____________________________
[70] Тир — крупный портовый город в Финикии. |